Перейти к содержимому

Theme© by Fisana
 




Фотография

Она

Посреди комнаты стоит круглый стол, накрытый черным бархатом. За столом сидят четверо мужчин, их руки на столе. Комната пуста. Все мужчины в шляпах под стать их солидным пиджакам. Стоит тишина, и только шуршание пальцев рук нарушает ее. Молодой человек в белом костюме беспокойно потирает руки время от времени рассматривая камень на перстне в золотой оправе на правом безымянном пальце. Пожилой в коричневом пиджаке в полоску, сомкнул руки и вращает большими пальцами вперед и назад, делая это по-мастерски быстро. Парень в светло-сером костюме нервозно барабанит дробь подушечками пальцев по столу. И лишь мужчина в черном старомодном пиджаке сидит без движения, сложив руку на руку. Немая сцена продолжается какое-то время, пока молчание не прервал низкий бархатный голос:

- Ну вот, – произнес мужчина в черном – Через несколько минут она до нас доберется.


После его слов на секунду все замерли, в воздухе повисла какая-то странная нервозность, а затем, удвоив темп, продолжили в том же духе.
Тишина длится некоторое время и вдруг, из-за двери доносится череда громких звуков. Удар в соседние двери и тупой стук от ее удара об стену настолько сильный, что она гулко завибрировала со скрипом отъезжая обратно, топот ног, сопровождающийся рыком, стонами, глухими ударами и возней по стенам. В комнате все замерли. За дверью кто-то крикнул «Ну все! Э-эх!» и что-то гулко покатилось по лестнице, издавая стон после каждого удара о ступеньки. Все стихло.

- Веселый денек, ничего не скажешь. – нервозно выпалил мужчина в коричневом пиджаке слегка стукнув руками по столу.

- Просто будьте благоразумны, Семен Петрович. – ровно и немного слащаво обратился к нему молодой человек в белом костюме слегка разведя руками.

- Я надеюсь, господа, Вы до конца понимаете, что на этот раз ставки слишком высоки! – произнес мужчина в черном приподняв к верху указательный палец правой руки, открыв тем самым левую, в которой был зажат носовой платок.

- Что - же я завтра скажу Елене! – с отчаянием выдавил из себя парень в светло-сером, и повернув руки ладонями вверх, стал нервозно раскачиваться на стуле.

- Сашенька, до завтра еще дожить надо! – выпалил Семен Петрович, быстро вращая большими пальцами.

С нижнего этажа раздался хлопок выстрела, от которого Сашенька вздрогнул, а Семен Петрович поежился, притягивая руки к телу. И мужской голос крикнул «Чё, жить хочешь? Сюда ползи!» и снова все стихло.

- Что-то мне как-то не хорошо! - сказал Семен Петрович, потирая ладони - Андрюша, я Вам всегда удивляюсь. Как можно быть таким спокойным?

- А Вы попроще смотрите на жизнь, Семен Петрович, и Вам, несомненно, станет как мне, – ответил обладатель белого костюма, водя по столу указательным пальцем.

- Молодость, Андрюша, это молодость! – показывает пальцем на Андрея, – Вы вот попробуйте, доживите до моих лет!

- Молодость не порок, она быстро проходит. – заметил мужчина в черном покачав указательным пальцем, а затем сжав руку в кулак потер пальцами ладонь.

- Что - же я скажу Елене! – вновь забормотал Сашенька, продолжая покачиваться.

- Порок не порок, а может мне и везет в жизни только потому, что я так на нее смотрю, – любуется перстнем, поглаживая его.

- Везло. «Я позволю себе заметить, до сегодняшнего дня», – сказал мужчина в черном. Его руки были сложены, и лишь указательный палец был слегка согнут и ударял по руке как будто цыпленок клюет зерна.

- Нет, – возразил Андрей – Фортуна меня не бросит, у нас с ней тонкие чувства! – растопырив ладонь правой руки, он по очереди пощелкал суставами пальцев.

- Ну да! Ведь кому-то из нас должно сегодня повезти! – подметил мужчина в черном, разводя ладони в стороны.

- Что - же я скажу ей! – не унимался Сашенька, продолжая раскачиваться.

- Сашенька, да перестаньте Вы! – нервно фыркнул Семен Петрович. – сжав кулаки как будто собирался накинуться на него с дракой.

- Действительно, сорвать такой куш – добавил Андрей, характерно щелкнув пальцами.

- Вот-вот! – добавил Семен Петрович и снова стал нервно вращать большими пальцами рук.

- Тише господа! О таких вещах, как правило, помалкивают! – одернул их мужчина в черном, покачав указательным пальцем.


За дверью раздался крик, выстрел и звон разбитого стекла. Несколько пар ног с громким топотом пронеслись вверх по лестнице, после чего последовало два удара дверью. Крики, хруст ломающейся мебели и деревянный звон покатившейся по коридору ножки от стула. Сильный удар дверью, и кто-то снова покатился по ступенькам то-ли смеясь, то-ли рыдая.

- Нет, я так больше не могу! Надо выпить! – Семен Петрович достает с пояса металлическую фляжку, откручивает крышку, делает глоток, затем еще, и быстро навернув крышку, прячет флягу обратно.

- Что - же я ей скажу! А может, просто встать и уйти? – Саша как бы крадучись зашагал пальцами обеих рук по черному бархату стола.

- Сашенька, с этой подводной лодки еще никто не убегал! – сказал Андрей, доставая сигару и нюхая ее глубоким вздохом – Какой аромат!

- Между прочим, курить вредно! – замечает Семен Петрович, вытянув указательный палец, а остальными подушечками руки постучал по столу.

- А я не курю, я дышу! – крутит сигару между пальцев.

- Дышите Андрюша, дышите! Ге-Ге! Перед смертью не надышишься! – Семен Петрович произнес эти слова с нервозной усмешкой, и не менее нервно дважды царапнул рукой скатерть, как будто пытаясь что-то взять.

- Да потерпите вы! Осталось совсем чуть-чуть! Или может вообще, нисколько не осталось, – рассудительно произнес мужчина в черном трагически подчеркивая последние слова. Он разгладил скомканный платок и аккуратно сложив, снова сжал его в кулак.

В коридоре раздался скрип медленно открывающейся двери, и шаги, которые стали приближаться. Все замерли в ожидании.

- Ну вот, это к нам. Она! Это она! – прерывисто произнес Саша.


Шаги остановились у двери. Пауза натянула нервы как струны. Ручка щелкнула и наклонилась вниз. Семен Петрович чуть слышно поскуливал. Медленно со скрипом открылась дверь, и на пороге появился крупье держащий в руках поднос, на котором лежала новая запечатанная колода карт.

- Колода господа, колода! – с нежным трепетом в голосе воскликнул мужчина в черном.

- Браво! – все стали дружно и оживленно хлопать.


Крупье поставил поднос на стол, снял с него колоду и, распечатав, положил на бархатистую скатерть, взял поднос и произнес:

- Администрация приносит Вам извинения за шум, соседи разбушевались, но их уже унесли! Приятной игры Вам господа!



Фотография

Иди

Раскат грома прокатился по земле и ударил в стекло окна так сильно, что оно гулко завибрировало. Граб лежал на кровати без движения. Он умирал. Его тело раздулось и уже три дня как полностью перестало двигаться. Единственной способностью осталось лишь то, что он пока еще хорошо видел и уже с трудом, но все-таки мог говорить. Он думал: Как так получилось, что в пролетевшую за миг жизнь так незаметно ворвалась старость. И вот он уже лежит на смертном одре, в здравом уме и твердой памяти и прекрасно осознает, что с ним сейчас происходит. Это ужасно и в тоже время прекрасно, гораздо лучше, чем умирать после инсульта, совершенно не контролируя свой рассудок.
Занавеска была задернута и поэтому Граб не видел ослепительно сверкающих молний, но ему очень сильно хотелось взглянуть на эту бушующую, кипящую жизнью стихию. И он не приказывал открыть шторы, только лишь потому, что этот праздник жизни мог помешать его умиротворению и отяготить минуты расставания с жизнью. Граб ненавидел скуку, а лежать и причитать от неистовой безумной боли причиняемой его телу, для него казалось слишком скучным. И он придумал себе игру.
В этот столь ранний утренний час комната была пуста. Сын уехал в аэропорт, чтобы встретить своих детей, а сиделка на кухне готовила завтрак, и поэтому еще около часа он мог побыть в одиночестве. Игра была проста, его взгляд перебегал с одного предмета на другой по кругу, как будто бы перебирая четки. Стул, стол, гардина, картина, трюмо, пепельница, часы, пять сорок две, статуэтка, телевизор, пульт, стул, стол… И так уже наверно в сотый раз. С каждым разом все быстрее наращивая темп. И вдруг, из одного угла в другой метнулась тень человека. Граб увидел это слишком отчетливо, для того чтобы это ему показалось. Он собрал силы и прохрипел сжатым горлом:

- Кто здесь? Выходи я тебя вижу.
С угла, на стену не торопясь, робко вышла тень и остановилась под картиной.
- Ты кто?
- Я? Тень. Теперь уже просто тень.
- Чья?
- А какая тебе теперь разница?
- Я умираю, но я в здравом уме.
- А я и не говорила, что ты безумен. Просто я проходила мимо, и решила заглянуть к тебе на минутку. Все-таки не чужой для меня человек. Восемьдесят пять лет бок о бок, это ведь не поле перейти! Целая жизнь!
- Так значит ты моя тень?!
- Да. И не знаю как ты, а вот я сильно этим горжусь.
- Чем?
- Тем, что я твоя тень. Тень такого особенного, сложного, но прекрасного человека.
- И что же во мне такого особенного?
- Ты всегда отличался от других, с самого рождения, а затем всю свою жизнь и по сей день, ты был не такой как все. Вот даже сейчас, ты лежишь на своем смертном одре, а я, твоя тень, стою рядом и разговариваю с тобой. Или ты хочешь сказать, что такое происходит у всех и всегда сплошь и рядом?
- Ты прав.
- А почему ты сказал, что я прав, а не права? Ведь тень это она, женского рода.
- Да потому, что ты моя тень! А я он, а не она! Я всю жизнь был мужчиной и остался им до конца! И поэтому мне наплевать на правила, тем более в последние минуты своей жизни.
- Вот видишь, даже в этом ты не такой как все.
Немного молчат, затем Граб срывает тишину громкой речью:
- А что это ты там стоишь и умничаешь? Может, подойдешь ко мне, и ляжешь рядом? Полежишь немного со мной?
- Это просьба или ты как всю жизнь командуешь?
- Это просьба. Я тут вот о чем подумал. Всю мою жизнь ты всегда был рядом со мной. Даже в те моменты, когда я оставался совсем один, брошенный на произвол судьбы, ты незаметно следовал рядом. Ты единственный родной и близкий для меня…
- Не можешь сказать слово человек? Все правильно. Я Тень.
- Плевать на людей, я хотел сказать друг.
- О! Прости!
- Ничего, я же совсем не знаю тебя. Так и не узнал за восемьдесят пять лет. У всех свои заморочки.
- Хорошо. Я сделаю тебе приятно, полежу рядом с тобой. Ведь ты сделал для меня такой подарок, о котором я даже не мог мечтать.
- Какой еще подарок?
- Как? Значит, ты так ничего и не понял?
- Что?
- Я, твоя тень, которая была прикована к тебе всю свою жизнь от начала и до конца. Теперь свободно могу ходить и двигаться. Свободно! Идти куда, Я хочу. Делать то, что, я хочу. И когда, я этого хочу! Я смогу впервые за всю свою жизнь почувствовать себя человеком! Человеком!
- Это что значит, что я умру, а ты останешься жить?
- Нет. Все дело в том, что я умру вместе с тобой. И в этот важный в нашей жизни момент я буду лежать рядом с тобой. Я приду к тебе как раз перед этим.
- Значит, ты знаешь, когда я умру?
- Да.
Молчат.
- Не говори. Не хочу слышать об этом. И лежать рядом со мной не надо! Зачем тебе тратить свое время на такие глупости в такой важный момент в твоей жизни? Ты сделаешь так, как поступил бы я. Просто не замечай меня. Теперь я твоя тень. Иди. Иди и наслаждайся подарком. Почувствуй себя человеком!
И тень ушла, не сказав ни слова. Ушла в свой самый лучший день в жизни.


Фотография

Торпеда

Солоноватый теплый ветер обдувал нагретое загорелое тело. Шум прибоя нарастал все сильнее под усилившимися порывами ветра. Погода портилась. По иссиня голубому небу, с запада надвигалась огромная серо-черная туча. Пляжные обитатели таяли на глазах, так же быстро как лед в стакане горячего чая. На песок упала первая капля, собрав в кучку несколько мелких песчинок. Кто бы знал, как неохота вставать с нагретого солнцем песка. Но с первым мощным раскатом грома с пляжа сдуло последних разнежившихся лентяев, я оказался среди них, причем в первых рядах. Бетонная аллея, прогретая за день лучами бархатного июльского солнца, на глазах становилась мокрой, и с нее начинал идти пар. Бежать было приятно и весело. Девушки с визгом прятались под крыши беседок и навесов, ливень превратился в водопад, и по асфальту потекли реки.

Еще три поворота, два… один… Я с разбега запрыгиваю на террасу через пять ступенек. Скользкие мокрые ноги превращают мое приземление в стремительное падение, и вот я скольжу на спине через всю террасу прямо в стену. О нет, это не стена, а дверь моих соседей, которых я еще не знаю. Мои глаза растут в диаметральной прогрессии. Дверь открывается! Заодно и познакомимся. Сбиваю с ног хозяйку и уже в сопровождении сирены завывающей в мое ухо, основательно теряю в скорости, преодолев пятисантиметровый кафельный порог. Кто так строит! Ну вот! Я запутался в ее халате! До полного набора не хватает только пощечины хозяйки и пинка под зад от хозяина. Ну, собственно зря расстраивался, вот и пощечина… три… семь,… Похоже, у девушки превышена склонность к самообороне, лупит как с пулемета! И что самое обидное, встать не могу! Отбил о порог все возможности, оставив только желание. А под халатом у нее тепло. Горячая женщина!
- Я ваш сосед. Поскользнулся!
Молчит. Смотрит на меня своими красивыми глазищами и молчит. Значит думает. Значит, есть чем. Если конечно это не шок. Прерываю молчание.
- Простите, я не специально.
- Вы торпеда! Сильно ушиблись?
- Есть немного.
- У меня с детства аллергия на торпеды, Папа на торпедном заводе работал.
- Вы местная?
- Ну, не совсем. Я уже пять лет в Москве живу. Вставайте потихонечку. Сюда отдохнуть приехала на две недели. Как вы?
- Спасибо, что не убили. Рад Вас видеть! Вы-то не ушиблись?
- Нет, все в порядке.
Красиво так улыбается. Ох, не к добру я сюда влетел. Чует моя больная пятая точка не пройдет мне даром ее взгляд с улыбкой. Хотя впрочем, я не на что не рассчитываю. С такими данными как у нее, ей бы принца на белом коне, а не калеку в синих трусах. За словом в карман я вообще-то не лезу, а вот сейчас толи карманов на мне нет, толи слова промокли, короче пауза затянулась.
- Простите меня, за то, что я Вас так обработала.
- Все правильно. Я бы тоже удивился.
- Вы сможете дойти до двери?
- Конечно!
- Прошу прощения, мне нужно идти.
- В такой дождь?
- Не сахарная. Растаять, не дано.
Ну, вот тут я бы поспорил. Но наверно мой аргумент в ее глазах совсем не аргумент. Придется ковылять к себе.
- Всего доброго!
Сбежал от всего этого на две недели, а от себя-то не убежишь. Вот и сижу теперь на краешке кресла, борюсь с привычками. Кофе, сигарета, скука. Хорошо, что додумался взять с собой ноутбук, можно хоть в Интернете полазить.
Адресная строка. Интер. Глоток кофе.

КОНВЕРТ «5 Мои сообщения »

- Так, кто тут у нас?
Не устающие предлагать себя девчонки. И как у них так получается среди тысяч анкет по три раза натыкаться на мою. Вроде не VIP пользователь. И место в списке поиска за несколько сот тысяч лохматое. И фото почти нет, есть, но на нем сразу поймешь, какая часть тела на тебя смотрит. И как только администраторы ее еще не удалили? Пару сообщений непонятно кем переведенных с английского, с просьбой выслать им е-мэйл, а еще лучше сразу денег на счет в банке. Только они то не видят что у меня на счету цифра из трех нолей.
-Вот! Вот она! Марка!
Странный ник, но мне уже нравится. Привык за год. Мы общаемся с ней на самые разные темы как два заправских знатока. Знаем друг друга лучше, чем сами себя. Наши дневники пестреют сотнями комментариев. И стоит только кому-то пропасть на день, у другого начинается такая ломка, что потом она пару дней жарко обсуждается, ломая все приличия и правила речи. А тут она пропала на неделю! Я не то что бы с ума сошел или места себе не находил, я почти умер. Ходячий памятник! Вот сегодня уже не справился с управлением собственных ног. И вот ОНА нарисовалась! Видела бы она меня с покалеченным задом отплясывающего гопака! Картина не для слабонервных! В одной руке наполовину разлитая чашка с кофе, в другой ноутбук, забрызганный тем же кофе, а во рту мокрая поломанная потухшая сигарета, и напевая «Где ж ты моя черноглазая где, вот она где, где, где, вот она где! В блоге, где цветной палисад!» На фото в ее анкете была блондинка, но я-то знал, что это не ее фото. Да и какая разница! Я ее люблю! Как бы там она не выглядела!

Марка, 27 Россия, Москва
Сейчас на сайте!


КОНВЕРТ 18:22 Марка
Привет!!!
Прости, что долго не выходила в эфир. Не было возможности. В (техногенной дыре) в которую я забралась, целую неделю не было Интернета. Только сегодня подключили, и я первым делом примчалась в кафе, чтобы написать тебе несколько теплых слов. Как ты там без меня? Я ведь знаю, что мы друг для друга как воздух, просто необходимы, чтобы жить дышать чувствовать и осознавать. Я не могу без тебя и минуты прожить самостоятельно, а тут ЦЕЛАЯ НЕДЕЛЯ!!!

КОНВЕРТ 18:24 Игрок
Я … Я … Несколько раз сходил сума, возвращался и сходил снова! Пытался задушить себя сигаретным дымом, но двух пачек оказалось мало. Попытки утопиться в чашке с кофе, тоже были четны, короче с суицидом была сплошная не пруха. Я хотел застрелиться с рогатки, но камень от рикошетил по люстре и я пять дней сидел в темноте. Как ты?

КОНВЕРТ 18:28 Марка
Все хорошо! Не считая одного инцидента. Меня сегодня пытался сбить какой то лыжник.

КОНВЕРТ 18:29 Игрок
Ты где? В горах нет снега!

КОНВЕРТ 18:29 Марка
Все верно! Этот чудик ехал на лыжах по асфальту.

КОНВЕРТ 18:30 Игрок
В смысле? Он что, идиот?

КОНВЕРТ 18:30 Марка
Да вроде не похож! Потом долго извинялся, а я как раз спешила к тебе!

КОНВЕРТ 18:31 Игрок
Ничего не понимаю, у тебя все в порядке?

КОНВЕРТ 18:31 Марка
Да, все хорошо!

КОНВЕРТ 18:33 Игрок
Это напомнило мне одну историю.

КОНВЕРТ 18:33 Марка
Какую?

КОНВЕРТ 18:37 Игрок
Да, глупо так вышло. Короче, спасался сегодня от дождя, бежал как угорелый. Запрыгиваю на террасу, а ноги скользкие, как шлепнулся на спину и покатился, мокрый весь, а кафель скользкий. Лечу а тут девушка двери открывает, ну я на полном ходу и сбил ее.

КОНВЕРТ 18:38 Марка
Ну, ты торпеда!

КОНВЕРТ 18:40 Игрок
Торпеда?! Она меня тоже торпедой назвала!

КОНВЕРТ 18:40 Марка
То есть?!

КОНВЕРТ 18:42 Игрок
Я, конечно, извинился, а она сказала, что я торпеда!

КОНВЕРТ 18:44 Марка
Странно…

КОНВЕРТ 18:44 Игрок
Что странно?

КОНВЕРТ 18:45 Марка
Ты где?

КОНВЕРТ 18:46 Игрок
Я в пансионате на две недели отпуск взял. Работать не могу, все с рук валится!

КОНВЕРТ 18:47 Марка
В каком пансионате?

КОНВЕРТ 18:48 Игрок
Я в пансионате «Лазурный берег».

КОНВЕРТ 18:55 Игрок
О чем молчим?

КОНВЕРТ 18:57 Игрок
Ау!

КОНВЕРТ 18:58 Игрок
Марка, ты где! Почему молчишь?

КОНВЕРТ 19:00 Марка
Это ты меня с ног сбил.
Я тут.
В «Лазурном берегу»

Мамочки мои, как я бежал! Я никогда так не бегал!
Через три месяца я переехал в Москву, а еще через три мы поженились.

Октябрь 2018

П В С Ч П С В
1234567
891011121314
1516 17 18192021
22232425262728
293031    

Последние записи

Мои изображения

Copyright © 2018 Tvorchestvo.kg